Три месяца ссылки и побег

14 мая 1911 года в тюрьме умер революционер Богдан Кнунянц, отбывавший ссылку в селе Обдорск. Этого пламенного революционера отмечал сам Владимир Ленин. В честь него названа одна из улиц Салехарда.

«Три месяца ссылки и побег» так назвал свои воспоминания о ссылке в Обдорске (ныне г. Салехард) профессиональный революционер Богдан Кнунянц. После подавления вооруженного восстания в 1905 г. он был арестован и осуждён на вечную ссылку, а через два года был отправлен в Обдорск. В самом конце жизни он написал книгу «Избранные произведения (1903 — 1911 г. г.)», где одна из глав была посвящена его ссылке в заполярном селе. Он много и с теплотой говорит о жителях, о самом селе. В то же время критикуя местную власть, подмечая недостатки.

Уже одно название главы «Три месяца ссылки и побег» много говорит о порядке, который тогда творился в империи и особенно её отдаленных окраинах.

Сибирь издавна была любимым местом, куда можно было надолго или навсегда упечь неугодных и недовольных режимом. Начиная с 1760 г. сюда было разрешено ссылать  крепостных крестьян, потом очередь дошла до дворян и царских фаворитов, позже в сибирскую глухомань повезли декабристов. Им всем казалось, их отправляют на край земли, где выжить практически невозможно, уезжают они навсегда. Но времена изменились, и в начале XX века у царского правительства появились новые враги – «политические», которые к ссылке относились как к временному неудобству.

Богдан Кнунянц вспоминал:

«Когда мы уезжали из Петербурга, все нас провожали с одними и теми же словами: До свидания, ведь всё равно не надолго! Даже тюремный инспектор, присутствовавший при освидетельствовании ссыльно-поселенцев, и вся администрация тюрьмы выражали твёрдую уверенность, что мы там не останемся».

Сибирская администрация также не обманывалась. Местные чиновники хорошо знали, что задерживаться в Сибири надолго никто не намерен, многие воспользуются первым же удобным случаем, чтобы бежать. Помощник Тобольского исправника, говоря как-то о побегах, выразил конвоируемым только одно пожелание, чтобы они не бежали по дороге, и тем самым не подводили конвоя:

«Вам же удобнее бежать с места водворения: меньше риску, да и лучше можно все подготовить».

В Тобольской губернии сложилось так, что за побеги политссыльных никто не отвечал, иначе пришлось бы привлечь к ответственности всю местную администрацию. Поэтому в вначале века политических стали сдавать под личную ответственность местных властей. Но что мог сделать один урядник с партий ссыльных в двадцать человек? Крестьяне не вмешивались в отношения между «политиками» и полицией, держась как «нейтральная держава». Кнунянц писал в своей книге:

«Инстинктивное недоверие и оппозиция сибиряка ко всякого рода «начальствам» дает и тут себя знать. Молодёжь Обдорска следит за газетами, даже знакома в общих чертах с различными политическими группировками».

Лучшей мерой против побегов было запугать оленеводов, пригрозив судом, а следствие в те времена могло затянуться на два года. И как им объяснял обдорский становой пристав: «ведь они все равно убегут, чего же вам подводить себя?»

Организация побега была любимой темой во время разговоров между ссыльными и «начальством». Обдорский пристав жаловался, в какое нелепое положение он поставлен циркулярами, требующими неусыпного контроля за «советскими». Как-то он обмолвился:

«Ну, что я могу сделать, если вы убежите перед самой распутицей? Вы предварительно всё организуете и отправитесь на Усу (приток Печоры за Уралом), когда вокруг Обдорска не останется ни одного оленя. Погони за вами я организовать не сумею, сообщить в Берёзов так же. Только месяца через полтора или два сумею известить начальство…».

Здесь надо отметить, что мало было сбежать из Сибири, необходимо было как-то устраиваться в России, а там порядки были гораздо жёстче, без финансовой поддержки от царской охранки скрыться было сложно. Но, как отмечает Кнунянц, партия большевиков была весьма богата, поэтому большинство партийной «публики» бежало при первой возможности, будучи твёрдо уверенными, что товарищи на воле им помогут.

«Отбывать срока оставались только беспартийные, мелкие уголовники и представители менее богатых и сплоченных партий».

Зимой, в обдорской колонии ссыльных узнали о новых правилах «Об облегчении участи ссыльно-поселенцев». С ведома полиции им разрешалось ездить по всему Берёзовскому уезду в течение шести месяцев для заработков. Этим случаем воспользовался Богдан Кнунянц. Он взял разрешение у местного полицейского, к этому времени на Оби открылась навигация, быстро нашёл сочувствующих «советским» среди команды судна, которое пришло в село. Матросы спрятали его в шкафу, где хранилось лекарство и доставили в Тобольск. Так закончилась его пожизненная ссылка продлившаяся всего три месяца.

В своих воспоминаниях Богдан Мирзаджанович пишет:

«После 14 месяцев тюремного заключения и 3 месяцев ссылки я опять попал в Россию».

Товарищи встретили его радушно и переправили, по тогдашней традиции сразу за границу. Позже он вернулся, что бы продолжить свою революционную деятельность. В итоге, в сентябре 1910 году царская охранка его арестовала в восьмой раз, после суда посадили в Баиловскую тюрьму. Здесь он заболел брюшным тифом и 14 мая 1911 года на 33 году жизни скончался в тюремной больнице.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Об авторе Всеволод Липатов

6 октября 1967 г. - ??? Учился, школа, техникум, Уральский государственный университет (историк-архивист). Живу в Салехарде (ЯНАО). Электрик, журналист, работал на ТВ, РВ, газеты и журналы, в музее :) в 2007 г. на фестивале "Тюменская пресса - 2007" в номинации "Лучший радиопроект года", моя радиопостановка "Ночной Директор" заняла I-е место (сам был немало удивлён). Но материала из-за формата радио "за кадром" оставалось очень много, поэтому на её основе, 2012 г. опубликовал книгу "Ночной Директор" I том. Эта книга и радиоспектакль рассказывают об истории Салехарда (когда-то село Обдорск), Ямала и окрестностей, в том числе России и земного шарика. Оказывается планета очень маленькая! Всё очень переплелось. Повествование ведётся от лица музейного сторожа (Ночного Директора). Сейчас работаю над вторым томом. Вот поэтому такое странное название у сайта.
Запись опубликована в рубрике Статьи по истории, Экскурсия по Салехарду. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

3 комментария на «Три месяца ссылки и побег»

  1. Уведомление: Революционер — Тихон Сенькин | Ночной Директор

  2. Уведомление: Сибирская ссылка. III часть. Побеги. | Ночной Директор

  3. Уведомление: Побег из шкафа | Уральский меридиан

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *