Самоед – слово страшное?

О том, что на полуострове Ямал живёт народ, который называют самоеды, было известно ещё с древних времён. И вот это-то слово – «самоед» пугало приезжих не на шутку.

Доходило до трагических случаев, когда из-за элементарного незнания точного перевода с местных языков гибли люди. И ведь подобные случаи происходили даже в XX веке, когда о местных народах было известно очень многое. Но всё равно, жутковатые слухи, вызванные словом «самоед» по-прежнему пугали. А иногда имели весьма печальные последствия.

Одну из таких поучительных историй рассказал Владимир Евладов в своей книге «Полярная ямальская зимовка».

Дело был так, в 1932 году в Карском море на шхуне «Альбатрос» работала научно-исследовательская экспедиция. После окончания исследований шхуна должна была идти через Игарку в Красноярск, там экипаж сел бы в поезд и спокойно добрался до Ленинграда, где их уже заждались семьи. Но после совещания они решились идти кратчайшим путём, вокруг полуострова Ямал. Увы, советские моряки и учёные совершенно не учли печальный опыт своих предшественников, хотя старый и опытный капитан шхуны пытался отговорить учёных от этого безрассудного шага.  Дело закончилось тем, что в сильный шторм «Альбатрос» выбросило на берег близ острова Белый. Всё что можно удалось спасти, и тут выяснилось, продовольствия им хватит только на 2 – 3 месяца, боеприпасов совсем мало, а зимней одежды нет вовсе. Надо было как-то выбираться. Положение осложнялось тем, что осталась всего одна шлюпка и надвигалась осень.

Двое вызвались плыть за помощью. Они должны были найти местных кочевников и с их помощью добраться до одной из радиостанции распложенных на полуострове Ямал. Им крупно повезло, ветер был попутный, море спокойное, так что их утлое судёнышко дошло-таки до северного побережья полуострова. На берегу они увидели следы нарт ямальских ненцев. Путешественники пошли по их следу и через несколько часов увидели чум, над которым вился дым. Но вместе с радостью их мучила глухая тревога. И вот здесь началась настоящая трагикомедия.

Дело в том, что после кораблекрушения, неоднократно поднимался разговор о жителях ямальской тундры. И ведь зовут-то их как-то очень пугающе – самоеды.

Экспедиционеры ломали головы, кто эти люди, почему их так зовут? Им было известно лишь одно, эти племена дики, бескультурны, едят сырое мясо. И все невольно задавались вопросом, едят ли они только мясо зверей, не нападают ли на русских людей.  Ведь слухи утверждали, самоеды кровожадны и жестоки.

И вот на стойбище таких самоедов натолкнулись посланцы. Испуг их был недолгим, ненцы, так сейчас называют самоедов, радушно отнеслись к бедолагам, одного повезли на факторию, другого к ближайшей радиостанции, а за остальными выехали ненцы на нескольких упряжках.

Но злоключения экспедиции на этом не закончились. Когда на факторию приехали ненцы, то выяснилось, они привезли лишь десять человек. А где же ещё четверо? Выяснилось, они ушли почти сразу же за теми двумя. Не теряя времени, на их поиски выехала группа ненцев-следопытов. Несколько дней они искали пропавших, но увы, так и не нашли. А ведь ненцы находят в тундре малейшие следы, а тут вдруг пропадают четыре человека, и неизвестно где. Значит, надо искать дальше.

А в это время началась суета и на Большой Земле. Благодаря ненцам, удалось отправить радиограмму в Москву, и на Ямал вылетел самолёт.

Позже прояснились все детали трагедии. Оказалось, что вторая группа так же увидела следы от полозьев от нарт. Они, конечно, обрадовались, всё же следы людей, но в то же время испугались — ведь тут же живут самоеды!

Возник спор, идти по следу или отвернуть, чтоб случайно не столкнуться с этими самоедами-ненцами. Руководитель решительно был против идти по следу, считая, что встреча с самоедами ни к чему хорошему не приведёт. На свою беду, остальные его послушались. Свернули. Спустя несколько дней они увидели на горизонте чум. Чёрный от дыма, страшный, но ведь же обитаемый, с живыми людьми. Матросы собрались идти к нему, но начальник опять был против. Он стал доказывать, что самоеды их убьют, а может, что и похуже сделают, ведь недаром их так называют.

Видимо поэтому эта группа вместо того, чтоб идти на юг по западному берегу Ямала, почему-то свернула на восток. Потому их никто и не нашёл, так как все были уверены в их маршруте. И только когда все уголки западного побережья были обшарены ненцами, то несколько оленеводов поехали в сторону пролива Малыгина. А уже был ноябрь, начинались морозы, солнце скрылось на три месяца за горизонтом.

В общем, когда оленеводы всё же наткнулись на них, то люди уже лежали в снегу, подостлав какую-то подстилку и ею же укутываясь. Двое были мертвы. Самоеды быстро доставили их на факторию Дровяная, где прочие «аварийцы» чувствовали себя отлично. У спасённых начали чернеть и пухнуть обмороженные ноги, начиналась гангрена. Так что самолёт прилетел как нельзя более кстати. Но даже хирург оказался бессилен, один умер. Второму же пришлось ампутировать ноги и пальцы рук, но всё же он выжил, и вот он-то и поведал о многих неизвестных моментах той злополучной экспедиции.

Тут я хочу особо отметить, что Владимир Евладов позже задавался вопросом, ну как так могло случиться, что советский учёный всерьёз отождествлял название «самоедов» с «людоедами». За такую учёность он должен был весьма серьёзно пострадать.

Но причём тут его спутники, которые хотели идти к местным людям за помощью. А ведь русские даже пытались скрыться от кочевников, ведь в любом направлении в тундре за 2 – 3 дня можно найти спасительный чум. Но эта группа как-то умудрялась избегать встречи с ними около месяца.[1]

Здесь я хочу напомнить, самоеды никогда не было людоедами, все эти жутковатые слухи разносила людская молва. Но к сожалению, мифы, а тем более страшные, очень живучи. И чем страшнее и нелепее, тем более охотно верят обыватели. Ну что тут поделаешь, любит человек пугать, и своего ближнего и себя.

Могу привести свидетельства очевидцев, причём учёных. Например, Франц Белявский, служивший уездным и ветеринарным врачом в Тобольской губернии в 20-х годах XIX столетия, так что по тундре ему пришлось поездить преизрядно, потому его мнению можно вполне доверять. Я уже приводил его воспоминания о Тобольском Севере опубликованные в книге «Поездка к Ледовитому океану», вышедшая в 1833 году, и сразу же ставшая важным источником по изучению Западной Сибири. Плюс к этому, Франц Михайлович весьма хорошо писал, так что, читая страницы его книги, воочию видишь картины Севера, которые он видел сам.

Кстати. О происхождении слова – «самоед» до сих пор ведут спор учёные мужи. Есть несколько версий. Так вот, одну из гипотез выдвинул Белявский в своей книге.

«Самоеды между собою называют один другого не поимённо, а просто общим названием для всего народа: Хазова. Слово «Хаз» значит «сам», а «ово» — значит «один». Что и составит самоедин, или сам, един. Соответствующие их название Хазово. И так, не очевидно ли, что название Самоед есть искажённое из переводного их имени Сам едины. Не подтверждается ли сие и тем, что они живут обыкновенно не обществами, а по одиночке? Что же касается до производства их названия от Сам и есть, я считаю совершенно излишним доказывать эту нелепость; ибо никакие предания не доказывают, чтобы друг друга пожирали».[2]

К сожалению, все усилия учёных и публицистов почему-то пропадают втуне. Даже сейчас, иной приезжий на Ямал, услышав слово «самоед» сразу же с каким-то нездоровым любопытством спрашивает: «а что, они сами себя едят?». Ну и начинаются ещё тупорылые шуточки.

А ведь слово самоед можно интерпретировать и по-другому, например, замечательный радио и театральный режиссёр Сергей Завальный, во время радиопередачи, когда мы с ним обсуждали это слово с ходу выдвинул такую версию– самъедет, то есть — едет сам, едет самостоятельно. Я только смог поддакнуть и снова удивиться его уму и позавидовать нетривиальному взгляду на жизнь.

Кстати говоря, ради истины, ну чтоб описать картину исследования Севера как можно более полно, я приведу ещё один фрагмент из книги Франца Белявского «Поездка к Ледовитому морю». Там учёный приводит ещё одно своё исследование названия местных народов, на этот раз остяков, или как их сейчас называют – ханты.

«Название их происходит от татарского слова уштяки, то есть невежды, дикие люди, которое они получили от владевших тогда Сибирью татар, и которое было принято и русскими с переменою слога «уш» на «ос». Остяки северные сами себя называют «кондихо», что на их языке значит – человек. Конд происходит от одноимённой реки так и от слова «хо», что значит, человек. Поэтому наречие кондихо, означает кондинский человек».

Тут я сделаю необходимые примечание. В первую очередь, чуть ниже Берёзова по течению Оби, есть река Конда, когда-то было даже Кодское княжество, там естественно, правили ханты. И, во-вторых, надо всегда иметь в виду, что есть северные ханты и южные, так же как и ненцы. Это тоже вносит существенную путаницу при изучении названий этих народов. Но как бы там ни было, оба слова, самоед и остяк, по большому счёту переводится как человек. И как далее пишет Франц Михайлович:

«Жаль только, что о сём предмете, по невежеству сих народов никаких преданий найти невозможно. Вогуличи, по сущему невежеству и безразличию понятий, соседей своих остяков называют там же именем, как и самих себя – манси, то есть люди. Более ничего нельзя вывести о происхождении слова остяк. Происхождение же самих остяков все историки согласно выводят от финнов».[3]

Сейчас учёные доказали, что это действительно так, ханты и финны входят в одну финно-угорскую группу. Хотя, Белявский сильно сомневался в этом, но с начала XIX века наука далеко шагнула вперёд. Так что ему простительно, но вот учёным, жившим уже в XX веке, я сейчас снова вспоминаю ту злополучную экспедицию, о которой упоминал ранее, такие вещи надо было знать. И вот к чему может привести элементарное невежество, к гибели людей.

Кстати, раз речь зашла о названиях на Севере, то не могу не упомянуть о Мангазее, как тоже о ярком примере исследовании названия.

Одним из первых попытался обобщить исследования других учёных Пётр Буцинскийв XIX веке в своём исследовании «Мангазея. Мангазейский уезд (1601 – 1645 годы)». Напомню, этот замечательный исследователь Севера никогда дальше Москвы и Санкт-Петербурга не ездил, жил постоянно в Украине, но так хорошо изучил и опубликовал все доступные ему архивные документы, что его трудами пользуются до сих пор.

Буцинский, для начала приводит мнение князя Оболенского, что слово Мангазея произошло от слова «магазин». Князь почему-то думал, что берёзовские служилые люди построили в этом месте магазин, где выменивали провиант на пушнину. Но на самом деле слово «магазин» произошло лишь в XVIII веке, то есть спустя два столетия, потому это слово не могло лечь в основу названия городка. Далее он пишет, что «Миллер ближе подходит к истине».[4] Скорее всего, на этих территориях жил род самоедов называемый «Мокасе», которое со временем трансформировалось в название местности – Мангазея. Потом Буцинский делает вывод, что название происходит от самоедского рода, только этот род назывался «Мангазея». Ещё в XVIIвеке он встречается в ясачных книгах Мангазейского уезда. Но на самом деле, у историков к выводам Герхарда Миллера отношение, мягко говоря, двоякое. И причин тому много. Впрочем, может быть в этом случае он и не занимется подтасовкой фактов или своими измышлениями.

В середине XX века к этому вопросу пришлось вновь вернуться. Особенно после того, как археологи вплотную занялись изучением легендарного городка. Было высказано мнение, что русские называли этот район «Монголзеи», а это название, в свою очередь, происходит от коми-зырянского слова «молгон», что означает «крайний», «конечный» или «окраинный народ».[5]

Впрочем, сейчас превалирует мнение Вербова. Этот учёный-лингвист, проанализировав  все работы предшественников, и собрав большой этнографический материал, пришёл к мнению, слово «Мангазея» произошло от названия одного из родов энцев, которые до революции были известны как «енисейские самоеды».[6] Но в результате войны с ненцами им пришлось уйти. Впрочем, Вербов подчёркивает, что необходимо дальнейшая разработка этого вопроса, так как он представляет этнографический, лингвистический и исторический интерес при изучении истории самоедских племён.

Кстати, здесь я хочу вставить свои, так сказать, пять копеек.

Дело в том, что одними из первых из России в Сибирь пошли именно коми-зыряне. Они сами давали названия местностям или приспосабливали под свой язык незнакомые и плохо проговариваемые слова. К тому же некоторые из них были у русских промышленных и служивых людей проводниками. И когда объясняли, по каким территориям они идут то волей-неволей называли их так, как они сами привыкли. Так что слово могло видоизмениться до современного «Мангазея». А если продолжить размышления, то необходимо вспомнить, что задолго до русских здесь уже жили сибирские татары, которые также контактировали с аборигенами, воспринимали у них названия рек, гор, местностей, и так далее. Вполне может быть, что давали и свои названия территориям. К сожалению, об этом аспекте истории Сибири сейчас мало что известном. В общем, резюмирую, этот клубок проблем с названиями толком не разрешён до сих пор.

Надо отдать  должное учёным, несмотря на все современные проблемы, особенно с финансированием, работа продолжается. Например, недавно вышел «Словарь гидронимов ЯНАО». Замечательный многолетний труд ямальских учёных. Этим фундаментальным научным трудом уже заинтересовались мои коллеги из РГО.


[1]Евладов В.П. Ямальская полярная зимовка. – С. 180 – 181.

[2] Белявский Фр.И. Поездка к Ледовитому океану. – С. 154.

[3] Белявский. – С. 60 – 61.

[4]Буцинский П. Н. «Мангазея. Мангазейский уезд (1601 г. – 1645 г.) – С. 7 – 9.

[5]Никитин Н. И. Освоение Сибири в XVII веке: Кн. для учащихся сред. и ст. классов. — М.: Просвещение, 1990. — 144 с. С. 24.

[6]Вербов Г. Д. Указ. соч. – С. 21

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Об авторе Всеволод Липатов

6 октября 1967 г. - ??? Учился, школа, техникум, Уральский государственный университет (историк-архивист). Живу в Салехарде (ЯНАО). Электрик, журналист, работал на ТВ, РВ, газеты и журналы, в музее :) в 2007 г. на фестивале "Тюменская пресса - 2007" в номинации "Лучший радиопроект года", моя радиопостановка "Ночной Директор" заняла I-е место (сам был немало удивлён). Но материала из-за формата радио "за кадром" оставалось очень много, поэтому на её основе, 2012 г. опубликовал книгу "Ночной Директор" I том. Эта книга и радиоспектакль рассказывают об истории Салехарда (когда-то село Обдорск), Ямала и окрестностей, в том числе России и земного шарика. Оказывается планета очень маленькая! Всё очень переплелось. Повествование ведётся от лица музейного сторожа (Ночного Директора). Сейчас работаю над вторым томом. Вот поэтому такое странное название у сайта.
Запись опубликована в рубрике Статьи по истории. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *